Озеров: «Карим Хакимов вписан золотыми буквами в историю взаимоотношений России и Саудовской Аравии»

10 июня


Личность, перевернувшая мир советской дипломатии, человек, ставший близким другом для королевской саудовской семьи, заложивший крепкие основы доверительных взаимоотношений между двумя странами – всё это о Кариме Хакимове, выдающемся человеке, оставившем после себя неизгладимый след. В этом году празднуется 130-летие со дня его рождения, а совсем недавно в Москве вышла в печать книга посла по особым поручениям, руководителя Секретариата Форума партнерства «Россия — Африка» Олега Озерова «Карим Хакимов: летопись жизни (о судьбах ислама и коммунизма в России)». Нам удалось побеседовать с автором и более подробно узнать о его труде, а также о личности и профессионализме Хакимова.


- Олег Борисович, расскажите, пожалуйста, как Вам пришла идея написать книгу о советском дипломате Кариме Хакимове? Что подтолкнуло заняться изучением его биографии и профессионального пути?


- У дипломатов принято при назначении на пост знакомиться или освежать в памяти историю отношений между той страной, куда едет дипломат, и Россией. Когда я был назначен в 2009 году послом России в Саудовской Аравии, то предварительно перечитал много литературы непосредственно о Саудовской Аравии, о наших взаимоотношениях, в том числе фундаментальные книги и труды академика Алексея Михайловича Васильева (который признан одним из основных и глубинных исследователей Саудовской Аравии),  Виталия Вячеславовича Наумкина, который немало книг посвятил Аравийскому полуострову и описанию взаимоотношений двух государств. Также я детально ознакомился с работами тех послов, которые возглавляли посольство ранее.


В ходе этой подготовительной работы я обнаружил информацию о том, что в Москве проживает супруга Карима Хакимова Хадича. К сожалению, я так и не успел встретиться с ней до её кончины.


Уже во время работы в Саудовской Аравии я обнаружил, что Карима Абдурауфовича уважают и знают о его роли. Этот вопрос меня заинтересовал, и я стал искать дополнительную информацию. Хочу поделиться с вами одной необычной историей. В феврале 2010 года я был назначен в постоянное представительство при ОИС. Приехав туда после своего предшественника Камиля Шамилевича Исхакова, стал разбирать оставшиеся бумаги, среди которых обнаружил написанную собственноручно Каримом Хакимовым анкету, а также журнал «Вестник МИД» 90-ого года, где были размещены несколько материалов о российско-саудовских отношениях. Мне стало интересно, и я начал собирать всю доступную и имеющуюся информацию.


В 2014 году в одном из немецких научных журналов на английском языке выходит моя статья «Гибель красного паши». Она и стала прологом к написанию большой работы о Кариме Абдурауфовиче Хакимове. В этой статье я коснулся и детства, и его становления, и работы в Саудовской Аравии. Но в силу небольшого объёма (всего 38 страниц) представленная мною информация была некими штрихами, крупными мазками без глубокой детализации. Однако тема показалась мне настолько интересной, что, вернувшись из командировки в Москву через семь лет (ровно столько же по длительности продолжались две командировки Хакимова), решил продолжить работу и написать уже более обширный труд. При этом хочется отметить, что на сегодняшний день нет ни одной полноценной биографии Хакимова. Если взять западную историографию, такую личность как Лоуренс Аравийский, то мы обнаружим как минимум 7 его биографий. А мы о нашем герое, о человеке, который столько сделал для нашей дипломатии на всём Аравийском полуострове, пишем непростительно мало. Да, были статьи, а после его реабилитации была издана небольшая биография. Это была маленькая, тонкая книжка, но она стала первым рассказом героического пути Карима Хакимова. Написана она была в условиях жёсткой цензуры. К примеру, в книге не было ни слова о том, что Карим Хакимов был мусульманином. У меня была цель – описать весь событийный ряд, все грани характера Карима Абдурауфовича, его жизнь, процесс его становления как человека, описать ту атмосферу и обстановку, в которой он формировался как политический деятель и вёл свою профессиональную деятельность.


- С какими сложностями при подготовке книги, сборе материала Вы столкнулись?


- Первое, что меня ожидало – ограниченность литературы. Также в процессе поиска и сбора информации столкнулся с тем, что существуют разные интерпретации в различных срезах общественно-политической жизни. Во многих статьях и очерках обнаружились случайно вкравшиеся ошибки в датах и сроках, в очерчиваемом круге людей, с которым общался Хакимов. В частности, утверждалось, что он не учился в медресе «Галия», не имел аттестата зрелости. Мне захотелось найти документальные подтверждение того, что я сам знал и что мне хотелось узнать.


В марте 2019 года по своей инициативе на собственные средства на выходные я приехал в Уфу, естественно, с согласия руководства Министерства иностранных дел. На месте я обратился в представительство МИДа за помощью. Посильную помощь оказывала и Общественная палата, обращались в местные музеи, где со мной щедро поделились материалами и документами о судьбе Карима Хакимова.


Конечно, было очень непросто: надо было ездить, искать материал по крупицам. Много времени пришлось работать в архивах внешней политики МИД, Российском государственном архиве социально-политической истории, изучить ещё раз нашу библиотеку МИДа в попытках найти все имеющиеся сведения. Отдельные слова благодарности хотелось бы выразить родственникам Хакимова, а именно – его внучатой племяннице Зареме Гиндуллиной и племяннице Ольге Хакимовой. Ольга Халиковна передала мне личные письма Хакимова своему брату Халику, в том числе и ранее неизвестные и неопубликованные. Также она поделилась фотографиями, которые я использовал в своей книге. Среди них – фотография сына Карима Хакимова Шамиля, сделанная в Иране в 1923 году.


- Чем именно примечательна личность Хакимова для истории советской дипломатии?


- Тема судьбы, роли и влияния Карима Абдурауфовича на советскую дипломатию в целом, на многие аспекты нашей жизни, в том числе и во внутреннем измерении, оказалась очень многогранной. Если говорить о ближневосточном направлении политики России, то очевидно, что в первую очередь именно усилиями Карима Хакимова были сформированы наши отношения как с Саудовской Аравией, так и с Йеменом. Более того, те основы, которые были заложены, во многом перекликались с тем, что делала царская Россия в этом направлении (речь идёт в целом об Аравийском полуострове, о странах Персидского залива). Наше генеральное консульство было открыто в 1891 году, которое закрылось после Первой мировой войны. По сути Карим Хакимов попал на пепелище. Самым кардинальным изменением стало исчезновение той страны, с которой ранее работали наши консулы – Османской империи, взамен которой появились новые государства.


Не менее интересен ещё один момент: тот же Лоуренс Аравийский сыграл большую роль в победах шерифа Хусейна, который тогда правил в Хиджазе. В 1916 году он провозгласил себя королём. Тогда его признало царское правительство, потом – Советское. Таким образом, произошло восстановление преемственности политики. Когда он утратил влияние в Хиджазе, то передал власть сыну Али. В тот момент будущий король принц Абдельазиз начал процесс отвоёвывания земли Хиджаза. Именно Хакимов одним из первых пришёл к выводу (и сделал это гораздо раньше англичан), что новой поднимающейся силой является именно Абдельазиз и крайне важно выстроить с ним правильные отношения, в чём убеждает советское правительство. Шаги в этом направлении он делает под руководством Георгия Чичерина, первого наркома министерства иностранных дел. Они вместе с Хакимовым сделали очень много в части восстановления хаджа для российских мусульман. Согласитесь, в советское время доказать необходимость решения этого вопроса довольно непросто. Для Абдельазиза было важно, что в одну из первых с ним встреч Карим Абдурауфович стал обсуждать именно вопрос хаджа. Пожалуй, это стало одним из факторов, повлиявших на установление крепких, доверительных отношений.


- Каким Карим Хакимов предстал для короля Саудовской Аравии и всей королевской семьи? Какие его личностные, а также профессиональные качества помогли дипломату сблизиться с королём?


- Об этом я говорю в самом конце книги, где описываю характер и личностные качества Хакимова. Прежде всего он обладал личным обаянием, которое привлекало к нему людей вне зависимости от ранга и социального положения. Он мог обаять и простолюдина, и принца. Подкупал своей открытостью, хорошим знанием арабского языка, простотой в общении, но без фамильярности и панибратства. Умел себя держать с сильными мира сего. Умел держать слово, что так же было немаловажно. Его личностные качества в сочетании с готовностью прийти на помощь, оказать содействие, его искренность подкупали. Сам будучи восточным человеком, он хорошо понимал психологию арабов, чувствовал их. Всё это в совокупности и помогло ему найти общий язык с королём.


- Когда мы говорим о Кариме Хакимове, то рядом всегда возникает имя Назира Торекулова. Какими были взаимоотношения между двумя дипломатами, чья деятельность стала прочным фундаментом российско-саудовских отношений?


- В своей книге я уделил этому отдельное внимание. К сожалению, не так много пишут, об этом мало говорится. Они были друзьями, занимались одним делом – государственным строительством в Средней Азии, а именно созданием Бухарской Народной Советской Республики, решением земельных вопросом. Они были соратниками, и их тесная дружба сыграла роль в судьбе каждого. Как я понимаю, одним из факторов, приведших к репрессиям Хакимова стала дружба с Торекуловым, который был арестован первым и допрошен. В период следствия из Саудовской Аравии был отозван Хакимов. Тот факт, что они дружили, повлиял на то, что Хакимов оказался в числе тех людей, которые прошли через репрессии.


- На Ваш взгляд, почему для нынешнего поколения дипломатов, для студентов важно и нужно изучать примеры таких профессионалов, как Карим Хакимов?


- Вы правильно отметили, мы должны учиться на примерах профессионалов своего дела. Интерес к Хакимову обоснован – не каждый дипломат может повторить то, что сделал он. Тот фундамент, который был заложен Хакимовым, продолжает работать и сегодня. Многие вещи ему приходилось делать интуитивно. Здесь очень важно понимать, что интуиция, которой обладал Карим Хакимов, не просто врождённое качество, но сплав опыта, знаний, понимания ситуации. Когда этот накопленный опыт превращается в действие, продиктованное необходимостью, интересами вашей страны, тогда у вас проложен путь к успеху. Хакимов показал, что профессиональная, качественная работа всегда приводит к хорошим результатам. Поэтому дипломаты, которые воспитываются сегодня, безусловно должны учитывать опыт Карима Абдурауфовича. У него была огромная тяга к знаниям – при первой возможности брал в руки книги, учился. Когда в 1932 году Карим Хакимов выехал из Йемена в Москву, то первый делом отправился в Институт красной профессуры, чему был очень рад и говорил, что наконец-то начинает понимать теоретические основы того, что делает на практике.


Важно понимать, что глубокие фундаментальные знания на начальном этапе дальше дают хороший результат. Конечно, некоторые вещи нельзя повторить – личную харизму, обаяние, такую цельность характера, бесстрашие, хладнокровие, какими обладал Хакимов. Но учиться этому однозначно надо.


- В разрезе личности Карима Хакимова Вы не раз сказали о том, что были определённые знаковые решения, которые в целом изменили и повлияли на отношения между Советским Союзом и Саудовской Аравией. Расскажите об этом более подробно.


- В первую очередь нужно сказать о том, как через пустыню, ночью, один Карим Хакимов на машине отправился к королю Абдельазизу, чтобы вручить верительные грамоты, опередив англичан. Это есть интуиция, понимание момента. Конечно, это можно было сделать утром, через день, неделю, но он понял, что подходящий момент именно сейчас. Это навсегда осталось вписано золотыми буквами в историю наших взаимоотношений с Саудовской Аравией.


Второе событие, которое также заслуживает отдельного упоминания и носит исторический характер –  Всемирный Мекканский конгресс мусульман, на котором король Абдельазиз был признан Хранителем двух святынь. До этого святыни Мекки и Медины находились под контролем шерифа Хуссейна, который происходил из рода пророка Мухаммада и назначался в Османской империи по решению султана. Ситуация была крайне непростой: звучало немало критики, однако благодаря энергичной работе Карима Хакимова делегации из различных мусульманских государств (тогда ещё колоний) поддержали контроль Абдельазиза над святынями. Хакимов проявил выдающиеся дипломатические качества, когда убедил представителей мусульманского мира поддержать это решение, которое действует и по сей день.


- В завершении нашей беседы хотелось бы остановиться ещё на одном моменте. Вы говорили о том, что по сути нет полного биографического труда о Кариме Хакимове. Как Вы думаете, насколько есть потребность в более глубоком, детальном изучении деятельности Карима Хакимова через издание книг, съёмки фильмов, проведение конференций и выставок?


- Прежде всего хотелось бы, чтобы люди прочли мою книгу и высказали своё мнение относительно этой работы, дали оценку тому, насколько она полезна. Если работа востребована, то мне представляется полезным снимать и документальные, и художественные фильмы. Несколько документальных работ есть, но они касаются только саудовского периода деятельности Хакимова и не отличаются особой точностью. Если бы был снят фильм, который по масштабам можно было бы сопоставить с картиной «Лоуренс Аравийский», это было бы более правильным. Хакимов не менее героическая, а в чём-то и более героическая личность, чем Лоуренс Аравийский.

 

 

Беседовала Ильмира Гафиятуллина

Фото: МИД РФ/Twitter