Политолог Дмитрий Суслов — о российской внешней политике после пандемии

23 апреля

 

Пандемия коронавируса настолько ускорила важнейшие международные процессы — как негативные (экономический кризис, соперничество США с Китаем и Россией, усиление угрозы военного столкновения ядерных держав), так и позитивные (стремление многих региональных игроков к самостоятельному определению моделей развития и внешней политики), что внешнеполитическая идентичность России не может оставаться прежней.

 

При этом борьба за лидерство и за будущий миропорядок имеет все более весомое идейное изменение. США окрашивают противостояние с соперниками в привычные идеологические тона «свободный мир» против «авторитарных ревизионистов»; традиционные элиты по обе стороны Атлантики взывают к возрождению и укреплению «либерального порядка, основанного на правилах»; Китай изображает свои успехи в борьбе с коронавирусом как доказательство преимуществ собственной модели и предлагает «Сообщество единой судьбы».

 

Если Россия не предложит собственных привлекательных для большинства стран идей, которые описывали бы ее отличительный вклад в дела мира по сравнению с другими великими державами, доказывали бы, почему российское общество и большинство государств должны быть заинтересованы в сильной России, если она не определит свое место в системе, центральной осью которой становится противостояние США и Китая, она рискует перечеркнуть многие из успехов ее внешней политики последних лет и не принять участия в формировании нового миропорядка в качестве одного из лидеров.

 

Тому, какими могут быть подобные идеи и как воплощать их в жизнь, посвящен доклад НИУ «Высшая школа экономики» «Защита мира, Земли, свободы выбора для всех стран. Новые идеи для внешней политики России», подготовленный на основе ситуационного анализа, который был проведен под эгидой МИДа и при поддержке Комитета по международным делам Госдумы, Совета по внешней и оборонной политике и журнала «Россия в глобальной политике» с участием многих авторитетных экспертов и представителей министерств и ведомств. Его презентация пройдет сегодня.

 

Основные авторы доклада — декан факультета мировой экономики и мировой политики ВШЭ Сергей Караганов и автор этой статьи — предлагают в качестве подобной «миссии» России в мире следующую идейную триаду:

 

  • защита международного мира;

 

  • защита свободы выбора странами моделей развития, суверенитета и многообразия и позиционирование России как гаранта «нового неприсоединения»;

 

  • защита окружающей среды, жизни людей и борьба против новых глобальных вызовов, включая пандемии.

 

Эти идеи, во-первых, полностью отвечают глобальным трендам. Одновременно растут и продолжат расти и угроза непреднамеренной войны между ядерными державами, и спрос многих стран мира на суверенитет и самостоятельность, и важность вопросов экологии, изменения климата и пандемий.

 

Во-вторых, эти идеи близки российской истории и идентичности. Суверенитет и самостоятельность — важнейшие национальные ценности. Сохранение мира — одна из главных задач для страны, пережившей обе мировые войны, опустошительные вторжения и находящейся в непростом окружении. Приоритет духовного развития человека над материальным — центральная тема русской литературы.

 

В-третьих, эти идеи во многом отражают то, что Россия и так уже делает, но пока не продвигает в качестве своего отличительного вклада в мировое развитие. Так, усиливая обороноспособность, создавая новейшие стратегические вооружения, проводя великодержавную внешнюю политику и укрепляя партнерство с Китаем, Россия усиливает сдерживание, уменьшает угрозу преднамеренной войны между ядерными державами и гонки вооружений. Последняя теряет смысл. Противодействуя силовым сменам режимов извне, поддерживая сбалансированные партнерства со странами Азии и Ближнего Востока, развивая евразийскую экономическую интеграцию, Россия укрепляет суверенитет стран этих регионов, позволяет им самостоятельно выбирать модели развития и проводить свободную внешнюю политику. Наконец, именно Россия обладает богатейшими во всем мире пространствами нетронутой природы.

 

В-четвертых, эти идеи не только малозатратны, но даже прибыльны с экономической точки зрения. Единственное исключение — защита окружающей среды и укрепление здравоохранения. Но это в любом случае необходимо. И лучше в этом лидировать, чем плестись в хвосте. В будущем развитие этих сфер принесет и экономические выгоды.

 

Каждая из этих трех идей должна, на наш взгляд, стать основой соответствующей политики.

 

Политика защиты мира должна быть нацелена на позиционирование России как страны, уменьшающей угрозу войны между ядерными державами, и как эффективного миротворца. Для этого необходимо предлагать укрепление механизмов деконфликтинга, выработку правил поведения в областях, где угроза военного столкновения наиболее высока, прежде всего в киберсфере, диалог по наиболее опасным типам вооружений — космического базирования, высокоточным неядерным вооружениям. Следует инициировать многосторонние диалоги всех ядерных держав по новым подходам к стратегической стабильности и призывать к оздоровлению политических отношений между ними, к снижению накала конфронтации.

 

Однако пока основой отношений США с Китаем и Россией остается соперничество, а борьба за новый миропорядок далека от завершения, альтернативы сдерживанию как способу предотвращения войны между ядерными державами не существует.


Дальнейшее совершенствование российского потенциала ядерного и неядерного сдерживания необходимо, но без втягивания в гонку вооружений. Новейшие стратегические системы надо иметь, наращивать же их в больших количествах опасно. Договор СНВ-3 желательно продлить в его нынешнем виде, сохраняя механизмы предсказуемости и получая запас времени для выработки новых подходов к поддержанию новой — многосторонней — стратегической стабильности в эпоху после больших договоров. Втягиваться же в новые переговоры о сокращении и ограничении ядерных вооружений сейчас не стоит — ни в двустороннем, ни тем более в трехстороннем формате.

 

Политика защиты суверенитета и свободы выбора странами моделей развития должна быть нацелена, во-первых, на позиционирование России как противника унификации, гегемонии и блоковой политики, ставящей страны перед выбором «или-или».


Мы рекомендуем предложить создать вместе со странами БРИКС «Глобальный альянс за суверенитет и многообразие». Во-вторых, Россию желательно позиционировать как гаранта и лидера «нового неприсоединения» — сообщества стран, не желающих вставать на сторону кого-либо из претендентов на гегемонию и стремящихся к самостоятельному развитию.

 

Политика защиты природы и жизни людей предполагает разработку программы борьбы с загрязнением окружающей среды (отказ от бытового пластика, лесовосстановление и многое другое), продвижение образа России как «зеленой» страны, богатство природы которой является ценностью, а не только ресурсом развития. Следует усиливать международное сотрудничество по борьбе с пандемиями, включая помощь странам со слабыми системами здравоохранения. Как страна—председатель БРИКС Россия могла бы поставить вопрос об увеличении финансирования ВОЗ. Наконец, необходима новая философия развития, основанная на сбережении среды обитания человечества и самого человека, а не на бесконечном росте потребления.

 

На 2020 год пришлись и встряхнувшая мир эпидемия, и 75-летие окончания Великой Отечественной и Второй мировой войны, и председательство России в БРИКС и ШОС.


Предложен саммит глав государств — постоянных членов Совбеза ООН. Более подходящего момента для идейного обновления внешней политики и международной идентичности России сложно представить.

 

Дмитрий Суслов, замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ; старший преподаватель департамента международных отношений факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ; замдиректора исследовательских программ Совета по внешней и оборонной политике

 

Источник:  ИД Коммерсантъ

Фото: Михаил Метцель/ТАСС